Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
ИНТЕРВЬЮ ДЕЛЬ РЕЙ (ДР) с ЛОРЕЛ К ГАМИЛЬТОН (ЛКГ)
 
Все примечания - в скобках, вот так: (Cara - чтобы разобраться в вопросах, кто такие эти фейри и что они имеют общего с более привычным для нас названием 'эльфы' - см. http://pechkin.rinet.ru/x/smp/xlat/Briggs_KM/FD/s.html - 'Эльфийский словарь' Катарины Бриггз)

ДР: Спасибо за то, что нашли время побеседовать - я знаю, что Вы сейчас заканчиваете продолжение к 'Поцелую теней':

ЛКГ: На самом деле я сейчас заканчиваю 'Narcissus in Chains', 10-ю книгу из серии про Аниту Блейк. И по завершении буду заниматься продолжением к 'Поцелую..'.

ДР: Похоже, дел невпроворот:

ЛКГ: Это мой первый опыт написания двух серий одновременно, и это труднее, чем я ожидала.

ДР: В смысле распределения времени?

ЛКГ: Прошло много времени с тех пор, когда я писала что-либо в совершенно новом мире. Я думала, что смогу написать все что угодно довольно быстро, потому что поднаторела в этом. Но на деле оказалось, что когда я переключилась на мир Мерри, мне пришлось заново изобретать колесо. И это заняло больше времени.

ДР: Расскажите про 'Поцелуй теней'.

ЛКГ: У меня плохо получаются обобщения. Собственно поэтому я пишу большие книги. Но я попробую. 'Поцелуй теней' это первая книга из серии о Мередит Джентри (для друзей - Мерри), которая оказывается, литературно выражаясь, королевой фейри. Действие происходит в современных США, но в альтернативном мире - где Fey и подобный фольклор является насущной реальностью.

ДР: Это напоминает то, как вы использовали оборотней, вампиров и других созданий в книгах об Аните Блейк.

ЛКГ: Да. Мне нравится факт, что в мире Аниты, если Вас беспокоят безобразия, которые устраивают зомби у вас на улице, вы звоните в полицию, и они присылают кого-нибудь с огнеметом. Так же - в мире Мерри - реальностью являются фейри. Это исходное условие. Одна из величайших кинозвезд этого мира, которая появится в следующей книге, была золотой богиней, секс-идолом Голливуда на протяжении более чем 50 лет. И у нее была такая возможность, потому что она не старела. Я люблю брать фантастическую ситуацию и переносить ее на реальность. Люблю смешения. Мне не нравится вилять и притворяться, что это сокрыто и жутко загадочно. Я люблю иметь дело со всем напрямую. Я получаю огромное удовольствие, когда пишу про Аниту. И в случае с Мерри, я имею дело с фактом, что если бы Fey были реальностью, как бы она вписались в то, что происходит вокруг? А оказывается, что они более жизнеспособны в мире, чем монстры, которых часто показывают в кино. Во многих смыслах они ближе к людям, но с другой стороны - думают совсем не так, как мы.

ДР: В мире Мерри, Fey перебрались в Америку из Европы:

ЛКГ: Точнее, их выгнали из Европы. Президент Томас Джефферсон пригласил их перебраться в Америку, и они приняли приглашение. Таким образом, у нас появилось свое королевство - Fey, и это стало отличной приманкой для туристов. Я имею в виду, достопримечательности Принцессы Мередит соперничают с достопримечательностями Элвиса.

ДР: Она стала объектом интереса журналистов?

ЛКГ: Да. Фейри больше не Невидимый Народ. Только не в Америке.

ДР: Почему Вы избрали фейри за основу книги?

ЛКГ: Во-первых, создать такой мир меня заставило то, что я прочитала большое количество книг, где действовали Fey в современном обществе, но никто не сделал того, что мне хотелось бы сделать. Я всегда дочитывала книгу и хотела изменить в ней что-нибудь. И наконец я решила, что если меня это так захватывает, то я должна просто взяться и сыграть по своим правилам.

ДР: Миры Мерри и Аниты в чем-то заимствуют друг у друга?

ЛКГ: Ну, во всем можно найти общие черты. Я очень цельный писатель. Но говоря так, на самом деле, я стараюсь разделять эти два мира. Например, теперь я никогда не использую фейри в мире Аниты, и вы никогда не встретите вампира на страницах книг о Мерри.

ДР: Я как раз думал об этом, потому что вы использовали фейри в более ранних книгах из серии про Аниту.

ЛКГ: Да, и таким образом попала в собственную ловушку. На самом деле знакомые советовали мне использовать фейри в мире Аниты, что я и сделала в 5-й книге 'Кровавые кости'. Но занимаясь этим вопросом перед тем, как начать 'Поцелуй теней', я теперь что-то вроде "Королевы Исследований" и понимаю, как мало я раньше знала о фейри. Или, точнее - Fey, так как если вы когда-нибудь встретите настоящего фейри и назовете его так в лицо, это будет стоить вам жизни.

ДР: Так как же быть?

ЛКГ: Их нужно называть Fey или одним из эвфемистических названий: Легкий народ, Маленький Народ, Серый Народ - и тому подобное. Скрытые. Странники. Они. Выражения такого рода, потому что люди в течение продолжительного времени верили, и до сих пор во многих частях света верят, что если вы говорите о Них:.

ДР: :то они придут.

ЛКГ: То они придут.

ДР: И это плохо.

ЛКГ: Если вы прислушаетесь к тем, кто утверждает, что встречал фейри, то вы в беде независимо от того, кого вы встретите - Seelie или Unseelie.

ДР: А какая между ними разница?

ЛКГ: Многие представляют Seelie хорошими, а Unseelie - плохими. Но на самом деле Fey - это духи природы. А природа нейтральна. Так же, как волк или медведь - они нейтральны.

ДР: Или ураган:

ЛКГ: Они не стремятся причинить вам вред, но это в их природе - если вы оказываетесь не в том месте не в то время. Однако в Unseelie есть и подлинное зло, я имею в виду Зло с большой буквы. Но большей частью, они заключают в себе все ужасное или слишком пугающее, чтобы относиться к Seelie. И там, и там существует определенная иерархия фейри, но отдельные их представители не относятся ни к тому, ни к другому Двору.

ДР: Рип Ван Винкль, должно быть, встретился с Seelie.

ЛКГ: Ну, он остался в живых.

ДР: Seelie любят подшучивать над людьми.

ЛКГ: Seelie убьют или здорово накажут вас, если их обмануть. И мы увидим в следующих книгах о Мерри, что для нее, как члена и Seelie, и Unseelie, нет большой разницы между Дворами.

ДР: 'Поцелуй теней' представляет нам Unseelie. Увидим ли мы в следующей книге Seelie?

ЛКГ: Таков мой план.

ДР: Несмотря на то, что Вы разделяете миры Аниты и Мерри, не возникает сомнений, что они оба созданы Лорел Гамильтон. Чувственность, стиль - все это там есть.

ЛКГ: Если бы я была актером, я бы не была характерным актером. Я была бы как молодой Клинт Иствуд или Джон Вейн. Я была бы одним из тех актеров, для которых не имеет значения, в каком фильме сниматься - они остаются самими собой. Когда я сажусь писать, мой голос очень силен, и он в любом случае слышен. И одной из самых сложных задач для меня было вести параллельно две серии, где главные герои - женщины, и мне действительно пришлось поработать, чтобы собственные голоса Мерри и Аниты звучали отчетливо, так как они - своеобразные личности. И кажется, у меня это получилось.

ДР: Они бы подружились, если бы когда-нибудь встретились?

ЛКГ: Сомневаюсь. Анита никогда бы не стремилась к компромиссам, как это делает Мерри. Мерри выросла в такой системе, где вас могут убить за любой неверный шаг. Анита выросла в традиционной Америке. Она не находилась под постоянной угрозой. Кроме того, Мерри чуть больше тридцати. А когда вам стукнет 30, вы либо смягчитесь, либо вас просто разорвет. Даже Аните придется подобреть или она просто не выживет.

ДР: Или и то, и другое.

ЛКН: Заранее не скажешь. Но, кстати, я не думаю, что они стали бы друзьями. Анита обязательно сказала бы, что думает, в неподходящее время в неподходящем месте, и ее бы просто убили в мире Мерри, а Мерри никогда бы не попала в те же ситуации, как Анита, потому что она на многое смотрит так, как будто ее это не касается. У нее хватает своих проблем. Она не занимается чужими, как это делает Анита.

ДР: Тем не менее, она - частный детектив.

ЛКГ: Она работает частным детективом, и люди действительно обращаются к ней за помощью, но я не думаю, что Мерри стала бы так же рисковать собой и близкими, как Анита.

ДР: Вы говорили об истории Fey, и я был поражен, читая 'Поцелуй теней', как сложно и запутанно развивалась там эта история. У меня возникло такое чувство, будто замысел этой книги вынашивался годами.

ЛКГ: Ну, в некотором смысле, так и было. Кажется, первая книга про современных Fey, которую я прочитала, была 'Война дубов' Эммы Булл. Это было более 10 лет назад. И возможно с того момента я стала замечать и читать подобные вещи, и стала думать, что книги мне нравятся, но заходят недостаточно далеко.

ДР: Недостаточно далеко в каком смысле?

ЛКГ: Я обнаружила, что многие авторы подходят близко к смыслу, но затем робко замолкают. Они уклоняются. А самое главное в том, как и что я пишу, одно из моих правил - никакой уклончивости. Если вы собираетесь писать о чем-либо, вы должны прямо смотреть на это. Иначе не стоит и браться.

ДР: Вы имеете в виду секс и насилие?

ЛКГ: Да, в том числе. Но говоря так, я не имею в виду беспричинный секс и насилие. Никогда. Секс и насилие должны оправдывать себя.

ДР: Это, кажется, произрастает из развития мира и персонажей, которых вы создали, нежели было навязано Вами извне.

ЛКН: Очень похоже на то. Иначе люди придут и скажут тебе об этом. У меня есть 4 правила - как писать, независимо от того, содержит сцена секс и насилие или нет. Все, что я пишу, должно удовлетворять по крайней мере двум из этих условий. Во-первых, действие должно помогать создавать мир книги. Во-вторых, объяснять Вашу систему магии. В-третьих, помогать в развитии персонажей. Или, в-четвертых, - в развитии сюжета. Я стараюсь во многих сценах удовлетворить все 4 требования. Исключение составляют только те идеи, которые иногда приходят в голову и кажутся такими забавными, что против них просто нельзя устоять. Но я не пишу ничего бессмысленно. Это касается не только секса и насилия. Это взгляд на происходящее с точки зрения - 'что это значит для персонажей'. Я имею в виду, Мерри - это первый главный герой книги, который думает не как человек, и поэтому ее отношение к таким вещам отличается от нашего.

ДР: То есть, она не человек.

ЛКГ: Да, но многие персонажи-нелюди все же продолжают думать и действовать во многом как люди. Я переписывала эту книгу больше, чем какие-либо другие, потому что мне в первую очередь не нравился голос Мерри. Сотни и сотни страниц были выброшены. Конечно, так происходит в любом случае, я из тех авторов, которые пишут огромное количество страниц, а потом сокращают их. Но на этот раз такого труда потребовал именно голос. Он продолжал звучать как голос простой американки среднего класса. Какой являюсь я. Но это не то, что представляет собой Мерри.

ДР: Однако Ваши читатели - люди. И они должны будут судить о Мерри и ее мире.

ЛКГ: Я поняла одно - если вы собираетесь писать о сказочных существах, в частности о фейри, то вам лучше убедиться, что любая деталь, которую читатель сможет проверить, правильна. Вы должны быть уверена, что ваш мир настолько реален, насколько это возможно, потому что вы ожидаете от читателя, что он поверит в фантастичные вещи. В случае с Мерри, я прошу читателя поверить в людей, которые могут превратиться в морских котиков. Я прошу поверить в людей ростом 13 футов с кабаньими клыками. Все это - фантастические штучки, но сам мир - реален. Голос Мерри - реален. Сказочные существа - настоящие. У них настоящая боль, страдания, одиночество. В этом фокус. Чем больше фантастичного вы пытаетесь придумать, тем более основанным на реальности это должно быть.

ДР: Думаю, многие Ваши читательницы, да и читатели-мужчины, позавидуют положению Мерри, которой Владычица двора Unseelie приказала спать с теми прекрасными мужчинами-фейри. Но если посмотреть с точки зрения Fey, когда нет добра без худа, особенно когда дело касается секса, все это становится не таким уж завидным.

ЛКГ: :. Вместо гаремов у моих персонажей - hisms (Сara - убейте меня, если я знаю, что это такое, но по смыслу - свободные отношения). Но если вы займетесь этим вопросом, то обнаружите, что во многих отношения фейри очень свободны, не стеснительны. У них нет запретов на секс, как во многих человеческих культурах. У нас в Америке насилие - это в порядке вещей, а секс заставляет нас чувствовать себя неудобно. Фейри так не думают. Для них секс - это очевидно и прекрасно: пока вы не начинаете иметь дело с наследниками трона. В этом случае секс приобретает новое значение.

ДР: Почему?

ЛКГ: Потому что веками люди вытесняли фейри. Если вы обратитесь к фольклору, там есть много примеров, когда фейри захватывали повитуху - человека, который сумел бы принять роды и помочь появиться на свет их детям. То есть дети для фейри - это бесценные сокровища, потому что многие из них детей не имеют. И любая пара, которая способна иметь ребенка, ценится настолько, что обязана сочетаться браком, так как есть все шансы на то, что они смогут завести еще детей. И это то, что планировала для Мерри Владычица Тьмы и Воздуха, хотя это и было сложно, так как Мерри - не чистокровная фейри. В ней смешались так же человеческая кровь и кровь Брауни.

ДР: Но ее склад ума все же как у фейри.

ЛКГ: Большей частью. Мне кажется, это видно в одной из сцен - про одного из фейри настолько большого размера, что он стал изгоем. Ведь не так уж много вокруг таких же больших женщин. И Мерри никогда не смотрела на него и не осознавала, насколько он из-за этого одинок. Когда же она поняла это, то захотела помочь ему в этом смысле. Помочь в смысле секса. Но не могла - из-за различий в размере и все такое. Таким образом, она достаточно фейри, чтобы понять проблему, но и человек - чтобы не вполне быть уверенной в том, как ее решить. В конце концов она говорит ему: 'Я могла бы заняться с тобой сексом, но не представляю нас встречающимися'. И это не похоже на то, как многие люди смотрят на это. Я имею в виду, вы можете встречаться с кем-то, но не можете просто переспать с ними. Секс для нас более важен, чем отношения. Для фейри - отношения, эмоциональные переживания - более важны, чем сексуальные отношения. Занимаясь этой темой, я поняла, что многие люди, особенно американцы, воспринимают секс как более важную составляющую отношений, чем эмоции. Я знаю, что многие люди будут спорить, но обратите внимание на то, как мы имеем дело с такими вещами. Секс - это то, что вы делаете не сразу. Эмоциональные отношения - это, надеюсь, то, что строится все время, и эмоциональное содержание должно быть действительно важнее секса, но на деле это не так.

ДР: Не стали ли они практически синонимами?

ЛКГ: Очевидно, что если вы не совместимы в постели, то будет довольно проблематично поддерживать романтические отношения, если только нет какого-то особого понимания. Я думаю, одна из основных причин - это то, что особенно в литературе и кино мы видим столько секса и так мало любви, или мы видим секс и заменяем его романтикой, потому что секс проще. О нем проще писать: То есть, трудно писать о нем хорошо, но все же его проще описывать и показывать в кино, чем романтику. Любовь сложно определить. О любви сложно писать. Ее сложно перенести на бумагу. А секс - удобная и простая стенография.

ДР: Мне приходит в голову фильм 'Касабланка', где сексуальные отношения между героями не могли быть показаны, и поэтому там нагнетались страсти эмоционального плана, чтобы послужить заменой.

ЛКГ: Если обратиться к фильмам, которые мы считаем великолепными романтическими кино, как 'Касабланка', в большинстве своем в них нет чистого секса. Когда секс присутствует в моих книгах, то вы, читая, хорошо проводите время, а камера не ускользает. Однако, когда я впервые столкнулась с тем, чтобы описать такую сцена на бумаге, я написала книги и книги с насилием в кадре. Но сексуальные сцены доставляли мне неудобство.

ДР: Почему?

ЛКГ: Я была слишком американкой в своем отношении. Теперь я понимаю, что в сексе нет ничего плохого. Но мы очень зажаты в своей культуре. Мы приравниваем секс к романтике, но это не одно и то же. Мы приравниваем секс к любви - но это совершенно разные вещи. Абсолютно.

ДР: Секс - это еще одна область, в которой Анита и Мерри разойдутся во мнениях.

ЛКГ: Да, Аниту с самого начала волновала ее сексуальная активность. Она до сих пор не вполне удобно себя чувствует по этому поводу.

ДР: Это из-за ее американских среднеклассовых корней?

ЛКГ: Строгое религиозное воспитание. С другой стороны, Мерри не чувствует себя неловко по отношению к сексу, так как ее не воспитали в духе того, что это плохо. Но, что интересно для меня, как для писателя, это то, как редакторы (в том числе один хорошо известный редактор детективов) высказывались в духе того, что если бы я писала чистый детектив, то не смогла бы справиться с описанием секса и насилия только по одной причине: я писательница и мой главный герой - женщина. Похоже, это до сих пор не одобряется в традиционной литературе.

ДР: Ну, даже в книгах ужасов редко можно встретить главного героя - женщину, которая не извиняется за то, что обладает сексуальными желаниями и действует в соответствие с ними, а затем не наказывается за это.

ЛКГ: Ужастики часто рассказывают о том, как вы будете наказаны, если будете получать удовольствие. Это во многом моралите'. Это всегда было и до сих пор так. Это не критика, а просто констатация факта.

ДР: Я это понимаю так, что Вы не видите себя писателем в жанре ужаса.

ЛКГ: Я смешиваю жанры. Самое приятное в этом - я отовсюду выбираю то, что мне нравится. Я использую монстров из жанра ужаса. И потому, что я пишу ужас, я справляюсь с уровнем насилия, что мне бы не удалось в любом другом жанре. Так как я пишу фентези, я могу использовать магию и всякие волшебные штучки, но не вводить элементы наказания, как в чистом жанре ужаса. А так как я пишу и любовный роман одновременно, то могу использовать сексуальное содержание, романтику. Но не повседневный секс. Да, Мерри занимается этим больше, чем с одним человеком, но это никогда не буднично.

ДР: Скорее уж связано с политическими моментами.

ЛКГ: Да. Ей приходится делать многое, чтобы остаться в живых. Но чистый секс - это одна из тех вещей, которые я никогда не понимала, и поэтому не могу писать об этом. Но знаете, я так же и не сплю со всеми этими людьми, но должна суметь описать это! Поэтому мне приходится выдумывать, как бы это было с тем или иным человеком. И то, как вы занимаетесь любовью, если делаете это хорошо, должно отличаться и быть неповторимым с каждым партнером. Я не вполне осознавала сложность такой задачи, пока не закончила 'Поцелуй теней', потому что теоретически в сюжете будут постельные сцены всего с несколькими мужчинами, но каждая должна быть так или иначе уникальной. Это действительно сложная задача.

ДР: Да, но кто-то должен был это сделать!

ЛКГ: Должна признаться, мне действительно приятно, что я способна представить секс в выгодном свете, показать, что это не что-то дурное. То, что насилие в этой стране считают более приемлемым, чем секс, меня расстраивает.

ДР: Насколько 'Поцелуй теней' основан на кельтской мифологии, и насколько там поработало Ваше воображение?

ЛКГ: Все основные понятия, такие как Seelie and Unseelie (Честной Двор, и Нечестной Двор - ?), Сиды (Cara - существа, обитавшие под землей в холмах (сидах), в пещерах, расщелинах скал, островах в океане. В эпоху христианства сидами стали как боги, так и сверхъестественные существа более низкого уровня, отличаюшиеся от смертных наличием магической мудрости. В позднее время сиды предстали в образе фей, корриганов и т.д.), Брауни, - все это из кельтской мифологии. И даже те моменты, которые я придумала сама - Слезы Брауни, Рука Плоти, хорошо вписываются в мифы. Я взяла оттуда основы и просто развивала их.

ДР: Вы продумываете сюжет Ваших книг заранее, или персонажи все берут в свои руки и сами указывают Вам, куда идти?

ЛКГ: Я, как уже говорила, цельный автор. Я не увлекаюсь хитросплетениями сюжета. Собственно, сюжет - это завязка, развязка и несколько значительных событий между ними, а помимо этого я просто позволяю развиваться ему самостоятельно. Если книга идет хорошо, я просто стараюсь поменьше вмешиваться. Я пишу книгу, как будто строю мост над пропастью. А персонажи - мои проводники. Настоящий, сильный главный герой - в моем случае героиня - обладает таким голосом (зовом), который привлекает и привязывает к ней остальных. В случае с 'Поцелуем теней' я знала, чего хочу. Что это будут фейри в обычной жизни. А кроме этого я знала очень мало. Но как только у Мерри сформировался собственный голос, это изменило почти всех персонажей в книге. И что упрощает мне задачу, это то, что в случае с Мерри, я имею дело с персонажем, который не спорит со мной всю дорогу по мелочам.

ДР: В отличие от Аниты?

ЛКГ: Боже! Я люблю Аниту, люблю ее до смерти. Но она действительно постоянно спорит! Даже со мной. Я придумываю какую-либо ситуацию, и Анита тут же выбирает наиболее трудный путь, чтобы выбраться из нее. Мерри намного более практична. Она просто говорит, что это того не стоит. Если вы поставите Мерри в ситуацию, где нужны сильные чувства, она замрет так же, как Анита. Но диапазон ее возможностей приходить к компромиссу намного более широк, потому что она должна была заботиться о собственной безопасности с раннего возраста. И должна была уметь убивать с детства.

ДР: Анита обычно чувствует вину за убитых ею людей и даже некоторых монстров, но, кажется, Мерри к этому более безразлична.

ЛКГ: Анита во многом выросла из моих интервью и бесед с полицейскими, бывшими военными и служащими спецсил, и тех превращений и событий, через которые они прошли в жизни. Уровень насилия, с которым ей приходится сталкиваться и на котором находится она сама, намного больше, чем после 30-летней службы в полиции, и она платит за это несоизмеримо большую цену. Как я уже говорила, Мерри не думает, как личность, как человек. Она выросла в понятиях, что насилие не является злом. И если вы прочитаете то, что писали люди в 16 веке и ранее, вы поймете, что и люди раньше не относились к насилию так, как сейчас. Все говорят, что в наши дни так много насилия. А на самом деле это не так. Кроме того, насилие всегда было развлечением для толпы. Вспомните Шекспира! Да тех же Братьев Гримм. Нам всегда нравилось пугаться и бояться. В каждом из нас есть что-то такое, из-за чего нам нравится сидеть в темноте и слушать страшные истории.

ДР: А Вас саму когда-нибудь пугало то, что Вы пишете?

ЛКГ: Бывало такое. Но это не в порядке вещей, так как смысл моих книг не в том, чтобы ужаснуть или испугать читателя. Я имею в виду, что вы переживаете за персонажей, а не пугаетесь сами за себя.

ДР: Я знаю, что некоторые не согласятся с Вами.

ЛКГ: Конечно, есть исключения. В 9-й книге 'Обсидиановая бабочка', я нашла ход, который действительно меня зацепил. Это была единственная книга, которую я не могла править во время еды. Мне пришлось там найти нечто такое, что испугало Эдуарда, понимаете? Эдуарда, убийцу бессмертных! Эдуарда, который не боится в принципе. Это отняло у меня три недели. В этом месте книга намертво застряла. А когда наконец я придумала нечто, способное испугать Эдуарда, это напугало до смерти меня саму. В 'Поцелуе теней' тоже есть несколько таких сцен, например, про Руку Плоти. Но, хоть я иногда и заставляю себя вздрогнуть, я редко не сплю из-за этого по ночам.

ДР: В Ваших книгах зачастую граница между сексом и насилием размыта. Ваши герои исследуют темную сторону своей сексуальности, и не стыдятся этого.

ЛКГ: Этого никогда не нужно стыдится. Потому что стыд предполагает, что вы делаете нечто дурное. А ни я, ни мои персонажи, так не думают. И меня очень заботило в 'Поцелуе..', чтобы убедиться, что раз отношение Мерри к сексу не человеческое, она никогда не выйдет за рамки личности, сильной духом. Я выбрала одну из своих самых консервативных подруг, зачитывала ей написанные отрывки, и она дала мне добро. Она сказала: 'Не знаю, как у тебя получилось, но это всегда кажется уместным, как будто не происходит ничего дурного'.

ДР: Какие-нибудь кинематографические планы для Аниты или Мерри?

ЛКГ: Мне кажется, наиболее безопасно будет ответить - 'без комментариев'. У нас, конечно, были предложения, но ничего такого, ради чего стоит рискнуть своим детищем в Голливуде. Никогда нельзя отдавать то, что вы любите, другим людям, если только вы не доверяете им безоговорочно.

ДР: Спасибо за то, что нашли время для этого разговора!

ЛКГ: Знаете, получилось, что разговаривали мы в основном о сексе. На самом деле в 'Поцелуе теней' секса не так много. Просто если уж он есть, то есть. Это скорее политический триллер. Ну, политический триллер, детектив, любовный роман. Это книга, которая позволила мне представить совершенно разных персонажей в различных ситуациях, тех, кто думает не как человек, а как фейри. Я и сейчас могу взять эту книгу, перечитать ее, получить удовольствие, и она зацепит меня. И то, сколько раз я переписывала эту книгу, говорит о ней многое.
 
Каталог "ПИНГВИН" - чуткий и душевный каталог! Находится в каталоге Апорт